Номинально – можно, вряд ли вас прогонят или не дадут зайти, но есть несколько нюансов. В диаспоре, особенно в европейских странах сегодня охрана и безопасность синагог устроена очень серьезным образом и чтобы попасть в некоторые из них, вам понадобиться заранее связаться с общиной и возможно даже предоставить документы и ответить на несколько вопросов. В целом же, синагоги в диаспоре, так как играют они чаще всего и культурно-историческую роль, отражая историю определенной общины, более настроены на туристические посещения. В Израиле например, если синагога не несет в себе особой истории и выполняет больше молитвенную функцию – толпа туристов безусловно может смутить. Впрочем, чаще всего вам все равно будут рады.

Многое зависит от того, где вы находитесь, и не только с точки зрения геолокации и норм общества в этом месте, но и с точки зрения того, как вы сами смотрите на вещи. Есть общества, места и люди, которые к раввинам относятся плохо, и это результат общемирового тренда секуляризации и борьбы по оттеснению религии от управления жизнью. Есть люди, которые принципиальны в этой войне. Они относятся как к религии, так и к раввинам плохо, разбираясь или нет.

Отдельно нужно сказать о ситуации последних десятилетий в Израиле. Мы свидетели обострения отрицательного отношения к теме религии и связанной с ней теме раввинов, так как они касаются политической ситуации. Религия тут не отделена от государства, поэтому конфликты возникают не всегда на почве неприязни к религии, сколько в отношении устройства общества и его институтов.

Интересен кейс, когда отношение к религии и раввинам ухудшается из-за личного разочарования человека в конкретном раввине. Это разочарование может быть оправданным, например, когда раввин повел себя некорректно. Но иногда это просто несоответствие ожиданиям: человек ожидал, что раввин будет святым и пророком, а он оказался вполне обычным человеком.

Существует 3 направления деятельности раввинов: раввины-ученые, раввины-юристы и раввины-лидеры общин.

Раввин-ученый занимается исследованиями. Такие люди – двигатели законодательной части иудаизма, они развивают закон.

Раввин-юрист нужен тогда, когда отдельная община или же человек понимает, что им не достаточно компетенций и знаний. Тогда обращаются к раввину, который выступает юристом и судьей. Такой раввин консультирует евреев, как в личных и общинных вопросах правильно поступать с точки зрения еврейского закона.

Раввин-лидер общины – в меньшей мере ученый и юрист, хотя одно другое не отменяет. Это человек, который создает общину, объединяет её, ставит ей цели. Такие раввины тоже двигают прогресс – но не с точки зрения закона, а с точки зрения развития общества.

Задавать вопросы. Кроме того, стоит спросить у раввина, как он принимает то или иное решение, а потом спросить у других знакомых грамотных раввинов и евреев: легитимна ли эта аргументация и ход рассуждения.

Если слова раввина человеку кажутся странными, стоит спросить – почему именно они кажутся странными? Некая доля “странности”, особенно для светского человека, – это нормально, так как раввин – человек из немного другой цивилизации. Он говорит, как положено по Торе, а не исходя из соображений удовольствия или личной выгоды.

И, конечно, если кажется странным процесс принятия решений, находятся логические нестыковки и отрыв от вас и вашей жизни, то, возможно, стоит найти другого раввина.

Так как раввин – это по сути ученая степень, то важно понимать, что не любой традиционно выглядящий человек с бородой – раввин. Как синагога иногда визуально не отличается от другого здания, так и раввин может быть визуально отличающимся: седовласым, «атмосферно» одетым, а может совершенно не отличаться по внешнему виду от остальных. У раввина например может не быть бороды, если он относится не к хасидскому течению иудаизма. Однако конечно некоторые обязательные атрибуты иудаизма, такие как цицит, кипа или другой головной убор скорее всего будут присутствовать.

Здесь можно привести правило мудрецов, сформулированное в Пиркей Авот: «Не смотри на сосуд, а на то, что в нем».

То как в определенной синагоге молятся и часто как она выглядит зависит от общины. Есть несколько принятых канонов молитв (на иврите нусах): ашкеназ, сфарад, Аризаль, эдот амизрах (восточные общины). В целом базисные элементы в молитве одинаковы, особенно что касается коротких молитв (дневной и вечерней). Но и в других различия будут в мелочах: где-то не читается какой-то псалм или к примеру немного изменена последовательность.

Также разнится форма и стиль проведения молитв, особенно что касается торжественных, праздничных молитв. Здесь вы, посетив традиционную ашкеназскую и, скажем, марроканскую синагогу, почувствуете большую разницу. Где-то поется все, где-то не поется почти ничего, где-то поется частично – все в зависимости от обычаев общины и на усмотрение ведущего молитвы (хазана). Так что удивляться тому, что все везде по-разному ощущается не стоит.

Звание раввина определяется его формальным образованием. По сути – это специальное юридическое образование в сфере традиционного еврейского закона. Главная задача раввина: понимать, как устроен закон и как принимаются решения с точки зрения Торы. В целом, раввином может стать каждый желающий, однако для этого нужно иметь определенные исходные данные. В мире формального еврейского образования учеба на раввина – это аналог, скажем, высшему образованию и получению степени. Человек, не окончивший “среднее” звено, вряд ли сможет претендовать на “высшее”.